Об Индии и индийской культуре, самостоятельных путешествиях по Азии и пути к себе

Первый раз на индонете? Посмотрите инструкцию как найти нужное быстро

Гималайские каникулы-2

Катманду. День второй.
Я люблю раннее утро в незнакомых городах. Раннее утро – это всегда что-то особенное. Но раннее утро в Катманду… Не знаю, есть ли слова, чтобы описать это.
Мы выходим на улицу около 7 утра – и тут же возвращаемся в отель за свитерами, потому что, несмотря на яркое солнце, температура воздуха не больше +15. Город уже проснулся. Катмандинцы идут по своим ежедневным делам, закутанные с головой в шарфы и упакованные в куртки. Мои бриджи вызывают недоуменные взгляды – не из-за фасона, а из-за того, что мне должно быть в них холодно. Нарядные детки в идеальной школьной форме торопятся на уроки. Отмахиваемся от рикш, ловко уворачиваемся от мотоциклов, стараемся не наступать на мини-алтари у домов – прямо на асфальте курятся благовония, разложены лепестки цветов и обсыпанные красной пудрой зернышки риса. Тротуаров в Тамеле нет – какие тротуары, зачем? Непальское удивление №2: в Катманду очень красивые люди. Они совершенно не похожи на индусов или на уроженцев Юго-Восточной Азии. Я почему-то представляла себе непали какими-то корявыми и уродливыми, но жители столицы перевернули мои представления об этом народе. Понятно, что красивы смуглые, глазастые, чернобровые детишки в ярких школьных джемперах, но что так красивы мужчины? Причем красивы совершенно не в стиле Митхуна Чакроборти и прочих звезд Болливуда. Как я уже писала, непали не отличаются высоким ростом, но они удивительно ладны и органичны в своей низкоролости, а чертами лица и глазами они скорее похожи на жителей Средиземноморья. Забавно, что все они одеты совершенно по-европейски (только старшее поколение носит на голове смешные пилотки из какой-то матрасной ткани), в то время, как туристы напяливают на себя разные этнические штучки в стиле непальской глубинки.
Прохладный воздух прозрачен и свеж, торговцы открывают свои лавки и поливают каменные плиты перед входом водой, спешащий по улице народ забегает в маленький (в Катманду все маленькое!) уличный храм и на выходе звонит в миниатюрный колокол. На улочках Катманду нет привычной нашему глазу зелени – цветов, деревьев, газонов; вся зелень перемещена во внутренние дворики и на крыши домов. Крыши здесь совершенно плоские, и на них в изобилии размещены большие и не очень горшки и кадушки с разнообразными растениями – от пальм и фикусов до лимонов и хризантем. Кафешки и рестранчики предлагают разнообразные завтраки, но мы забредаем в уникальное едальное заведение под названием Pumpernickel. Рекомендую его всем, кого судьба забросит в Катманду. В прелестном внутреннем дворике стоят изящные кованые столы и стульчики, пламенеют оранжевым бархатцы в вазонах, поражают глаз огромные грейпфруты на раскидистом дереве, а у прилавка толпится, похоже, весь Тамель. Аромат в воздухе плывет такой, что голова идет кругом – прямо в уголке стоят огромные жаровочные шкафы, в которых пекутся разнообразные плюшки и круассаны. Нам говорили, что в Катманду выпечка – лучше, чем в Париже, но мы не могли в это поверить. В Pumpernickel поверили сразу. Меню для завтрака более чем разнообразное – с десяток свежайших булочек, какие угодно начинки к ним, сэндвичи, разнообразные блюда из яиц, соки (только фреш!), фрукты с йогуртом, мюсли, всевозможные горячие напитки. Эх, что может быть лучше, чем сидеть под грейпфрутовым деревом в Катманду, и в первых прозрачных лучах солнца пить горячий шоколад с воздушным круассаном! В последствии оказалось, что это кафе – одно из самых популярных в Тамеле, но работает только первую половину дня, то есть специализируется исключительно на завтраках.
После такой замечательной еды мы готовы к подвигам. Сегодня мне кажется, что я знаю Тамель, как свои пять пальцев. Планы на первую половину дня очень амбициозны – мы хотим пешком сходить в Сваямбунатх – Monkey Temple или Обезьяний Храм, большую буддистскую ступу на окраине Катманду. Выходим из кафе, долго идем по улице, посмеиваясь над своими вчерашними блужданиями, ведь здесь все так просто…И приходим совершенно не туда. Со второй попытки находим нужный нам перекресток. Тамель, туристическое гетто, закончился, здесь начинается настоящий Катманду. Из четырех улиц, лучами расходящихся от перекрестка, я уверенно выбираю одну – согласно карте именно она ведет к Сваямбунатху.

Настоящий Катманду оглушает и ошарашивает. Здесь улочки такие же узкие, как и в Тамеле, но есть тротуары. По «проезжей» части спешат мотоциклы, рикши и маленькие автомобили – большое авто здесь просто не проедет. Архитектура уникальна: никаких современных зданий, только старинные домишки из красного кирпича, с поросшими жухлой травой крышами, с удивительными, свойственными только Катманду окнами и балконами – сплошь ажурная резьба из темного дерева, настоящее деревянное кружево, - и никаких стекол. Такие же резные, старинные и темные в Катманду и двери в дома. Люди у домов занимаются повседневными делами – кто-то хозяйничает в магазинах, не туристических, а обычных, кто-то просто болтает, кто-то плетет гирлянды из цветов. На туристов никто не обращает внимания – здесь к ним привыкли, как к повседневному элементу урбанистического пейзажа. В Катманду нет супермаркетов – только крошечные скобяные и хозяйственные лавчонки, а также продуктовые магазинчики. Здесь жарят какие-то пончики и печенье, продают овощи и фрукты, и самое отвратительное – свежее мясо. Почему отвратительное? Я и в Киеве-то никогда не хожу в мясные ряды, а здесь вид целиком освежеванных козлят поверг меня в состояние шока. То и дело попадаются небольшие уличные храмы, причем индуистские мирно соседствуют с буддистскими. Народ на улице спокойный, приветливый, улыбчивый. Что-то не похоже, чтобы в Непале шла гражданская война. Во всяком случае, по моему мнению, страны, которые находятся в состоянии войны, выглядят несколько иначе, чем этот самобытный, солнечный город, просто дышущий мирной и дружелюбной атмосферой.

«Долго еще?» - интересуется Андрей. «Я вообще-то первый раз в Непале», - парирую я, - «Но думаю, что пришли, вон какой-то большой храм виднеется».
Я не ошиблась. Мы действительно пришли. На Площадь Дурбар. Когда нам об этом сказал полицейский, мы просто согнулись пополам от смеха. Полицейский не понял, чем вызван приступ такого веселья, и мы объяснили, что шли вообще-то в Сваямбунатх. В честь этого представитель закона содрал с нас по 200 рупий (3 доллара) за вход на площадь и выдал билетики. Мы немного удивились тому, что вход на площадь платный, потому как локалов на ней было немеряно, у храма шумел небольшой базарчик, и сновали рикши. Забегая наперед, скажу, что в Непале повсеместно обожают снимать с туристов деньги из серии «Чтоб Провал не провалился», так что будьте к этому готовы и забейте в бюджет долларов 30 на разные входные билеты. Вместе с билетами на площадь нам выдали небольшие путеводители, где очень подробно и толково были описаны все достопримечательности Площади Дурбар. Я люблю такие путеводители, с ними ходить гораздо интереснее, чем с невнятно бубнящим гидом. Локалы на площади, очевидно, были иного мнения. Ежесекундно к нам подходил очередной молодой человек и предлагал провести экскурсию. Помимо гидов нас атаковали торговцы всякой мурой (к концу путешествия бормотание приставучих продавцов «Tiger balm, please, good tiger balm» вызывало у меня нервную дрожь, а Андрей однажды пообещал черезчур назойливому торговцу намазать этим самым бальзамом место пониже торговцевой спины, пообещал на русском, но торговец оказался сообразительным и все понял). К торговцам присоединились бабушки с ласковыми глазами, сующие нам в руки фотографии девочки-принцессы Кумари, а к бабушкам – толпа детей-попрошаек. Вся эта свита ни на секунду не отставала от нас и чертовски мешала фотографировать. В итоге мы смылись от них, забравшись по ступеням под крышу одного из храмов. Под крышей было хорошо, тихо, открывался прекрасный вид на площадь, и я начала делиться с Андреем внезапно посетившими меня мыслями о том, что эти храмы удивительным образом похожи на мексиканские индейские пирамиды, даже внешние крутые ступени, ведущие под крышу, совершенно такие же. Солнце припекало все сильнее, пришлось снять свитера – для Катманду типична такая погода, когда утром и вечером прохладно, а днем жарко (но без духоты). А как здорово было любоваться на небо - исключительно бирюзовое, исключительно ясное, с силуэтами красных храмов, одним словом - настоящее непальское небо!
Площадь Дурбар поражает количеством храмов и святынь, сконцентрированных на сравнительно небольшой территории, причем здесь наблюдается все та же привычная для Непала эклектика – рядом мирно уживаются как индуистские, так и буддистские сооружения культа. Площадь застраивалась с 12 по 18 век, и представляет собой единственный в своем роде и неповторимый комплекс. Именно здесь я впервые ощутила знаменитую энергетику Непала – атмосфера на площади была такой мирной, такой расслабляющей, такой прекрасной, что, даже осмотрев все, мы не хотели уходить. А посмотреть здесь было на что. По сути, Дурбар делится на 2 мини-площади.

Храмов здесь невероятное количество: посвященный Шиве храм Махендресвор, храм богини Таледжу, посвященный играющему на флейте Кришне храм Кьясин Дега, прекрасный большой храм Басантапур, самый старый храм площади Джаганатх, храм Дегуталле, храм Маджу Дега, удивительный маленький храм Шива-Парвати, где из окошка выглядывают фигурки Махадева и Парвати (как живые!), храм Кастхамандап и еще с десяток других. Заслуживают безусловного внимания дворец девочки-богини Кумари, земной реинкарнации богини Таледжу, и кажущееся совершенно невероятным белое здание в стиле западного неоклассицизма, дворец короля, который правил в начале 20 века. Здесь же находится бесчисленное количество различных статуй, вроде статуи индуистского бога Ханумана, одно из самых главных изображений бога Ганеши, а также огромное каменное изображение Шивы в его разрушительном образе. Но больше всего нас впечатлили даже не все эти удивительные, ни на что не похожие сооружения. Как я уже говорила, атмосфера Площади Дурбар забывает забыть обо всем. Чувствуешь себя совершенно в другом мире. Клюют зерно огромные стаи голубей, между птицами бродят маленькие глазастые телятки, на ступенях храма отдыхают садху – колоритнейшие личности в ярко-желтых одеждах. Конечно, я сфотографировалась с садху, но, честно говоря, именно они внесли какой-то диссонанс в общую гармонию площади, потому что показались мне какими-то ненастоящими, служителями не культа, но звонкой монеты. Эти якобы йоги-отшельники выглядят действительно суперэкзотично, одни их сваляные в дредды никогда не стриженые волосы чего стоят, но их наглое вымогательство просто раздражает. Позже, в Гималаях, мы встретили настоящего садху, который тихо медитировал в саду и не требовал никаких денег. Катмандинские же садху, по-моему, просто жулики, зарабатывающие на туристах. Тем не менее, без них было бы скучно, и на фото они выглядят замечательно.
Будь моя воля, я вообще бы не уходила с Площади Дурбар, а тихонько сидела бы себе на ступенях под крышей одного из храмов, любовалась на телят и красные крыши в синем небе и мечтала о мире, где царит только любовь и покой. Но нам надо двигаться дальше, ведь в запасе у нас так мало времени!

Удивительно, но мы уже действительно начинаем хорошо ориентироваться в городе. По карте легко выходим к реке Бишнумати, хотя река – слишком громкое название для этого мутного, заваленного мусором ручейка. На берегах реки кучкуются какие-то местные бомжи. (Любопытное наблюдение: мне кажется, что бомжи и попрошайки во всем мире – одной национальности. Во всяком случае, непальские попрошайки никакого отношения к славным, красивым, улыбчивым жителям Катманду не имеют.) Переходим мост и по пыльным, довольно жарким улочкам выходим к знаменитому Обезьянему Храму, известному также как Сваямбунатх.
Храм стоит в очень красивом месте, на вершине поросшего лесом холма. Свежая, радующая глаз зелень составляет приятный контраст с каменными улочками прилегающих городских кварталов. Обезьяний Храм оправдывает свое название с первых же шагов – кусты на склонах буквально трясутся от несметного количества обезьян. У самого входа в парк стоят ярко расписаные статуи Будды, а рядом с ними ожившей пасторальной картинкой пасутся овечки. Все-таки раньше для постройки храмов выбирали прекрасные места. Холм вокруг Сваямбунатха наполнен такой светлой энергетикой, таким покоем, что невольно начинаешь улыбаться и любить весь мир вокруг. Обезьяны, совершенно не обращая внимания на людей, бродят по дорожкам, пьют воду у крана и устаивают смешные потасовки. Все они одного вида, макак-резус, и живут, как и положено обезьянам, большими группами. Особенно трогательно выглядят мамаши с детьми на животе. Мы изводим на обезьян несколько километров пленки – согласитесь, нечасто встретишь таких потешных зверюшек «на вольном выпасе». Непосредственно к храму ведет довольно крутая лестница, но идти по ней легко и приятно – над головой шумят деревья, вокруг прыгают макаки, торговцы продают разные интересные сувениры, а последний отрезок лестницы, когда впереди уже во всей красе виден храм, украшен забавными и невероятно симпатичными фигурами животных. По доброй непальской традиции с нас берут плату за вход и в этот храм, но небольшую, около доллара.
Описывать Сваямбунатх – занятие неблагодарное. Белоснежная ступа на фоне бирюзового непальского неба, огромные нарисованные глаза Будды внимательно смотрят на раскинувшийся внизу город, а десятки разноцветных флажков с молитвами дрожат на едва уловимом ветерке. В воздухе разлита мелодия мантры «Ом мани падме хум» - «О, драгоценность в цветке лотоса». Мелодия настолько красивая и нежная, а красота вокруг такая неземная, что хочется плакать. С холма открывается захватывающий дух вид на Катманду – над розовым городом плывет светлая дымка, и только отрывистые крики коршунов, в изобилии парящих над верхушками деревьев, заставляют поверить, что все это – не сон. Обходим ступу, как и положено, три раза по часовой стрелке, старательно вращаем молитвенные барабаны. Конечно же, мы никакие не буддисты, но как приятна и гуманистична эта буддистская традиция: первый раз ты молишься за всех людей, второй – за всех животных, и только третий – за себя. А, чтобы Будда наверняка услышал твои молитвы (ведь может оказаться что ты – чужестранец), все слова мантр уже высечены на молитвенных барабанах, то есть покрутил барабан – и Будда все понял. Рядом молятся настоящие буддисты, они кладут бананы и рис в небольшие алтари – обезьяны потом охотно поедают эти дары. В очередной раз поражаюсь тому, как спокойно в буддистских храмах относятся к представителям других религий. Мы вначале немного смущались, вращая барабаны, но никто и не вздумал шикать на нас: «Не так крутишь, не там стоишь, не то делаешь», как любят шикать мышастые бабуськи в православных храмах. Собственно Сваямбунатх – это настоящий храмовый комплекс, где внимания заслуживает не только главная ступа, но и все вокруг. Лично мне очень понравилась небольшая скульптурная группа у самой лестницы – на зеленом жернове ярко и талантливо изображен весь восточный лунный календарь, все 12 животных.
Спускаясь от храма, натыкаемся на забавную сценку «из жизни обезьян». В тени деревьев, уютно устроившись на травке, спит большая группа макак – обезьянки спят в обнимку, тесно прижавшись друг к другу. А обезьянья ребятня спать совершенно не настроена – ну где вы видели детей, которых можно уложить днем спать? Пользуясь тем, что старшие дрыхнут без задних лап, молодняк оторвал веревку с молитвенными флажками и устроил нечто вроде тарзанки. Веселье там стояло невообразимое!
Бросаю взгляд на часы. Вот здорово, всего 11 утра, а мы уже успели посмотреть и Дурбар, и Сваямбунатх.
Мне не терпится увидеть знаменитый Пашупатинатх, индуистский храмовый комплекс на берегу реки Багмати, известный в первую очередь тем, что там проходят кремации усопших индуистов. Пашупатинатх находится на противоположном конце города, поэтому берем такси. После короткой торговли договариваемся о цене в 150 рупий (2 доллара). Цена радует, оказывается такси в Катманду более чем дешевое. Машинка – крохотный «судзуки», но едет довольно шустро. Я немного нервничаю – с одной стороны очень хочется увидеть кремацию, с другой стороны мне это кажется немного кощунственным – глазеть на чужие похороны.
Пашупатинатх нас втречает бурным разгуляем. Прямо у входа натянуты яркие полотнища, извещающие о том, что празднуется какой-то индуистский фестиваль. Дым, в буквальном смысле, стоит коромыслом – везде что-то жгут. Надеемся, что не покойников, и идем дальше. Публика здесь резко отличается от той, к котрой мы уже привыкли в Катманду – все мужчины в традиционных индийских нарядах в стиле Махатмы Ганди, на голове у всех затейливо накрученная чалма, дамы одеты в нарядные сари. Выходим к реке. Ну вот, опять нас заставляют купить билеты – цена около 3 долларов за штуку. Тут же к нам пристают очередные гиды – с нетерпением отмахиваемся от них, потому что вместе с билетами мы получили путеводитель, и хотим скорее бежать и смотреть все подряд.
Пашупатинатх целиком и полностью посвящен богу Шиве, или как называют его индуисты – Богу Богов. Этот храмовый комплекс является одной из величайших святынь индуистского мира, но – с буддистскими элементами. К сожалению, в индуистские храмы вход иноверцам запрещен, поэтому остается наслаждаться видом снаружи. Историки не зафиксировали точной даты постройки этого величественного комплекса, с некоторой вероятностью они говорят о 14 веке. Король Непала Махендра провел реконструкцию Пашупатинатха в средине 20 века. Мы переходим мост через реку Багмати и замираем – на противоположном берегу вовсю дымят погребальные костры. Сама река не представляет из себя ничего выдающегося – мутный ручей глубиной по колено, но индуисты считают ее не менее священной, чем великий Ганг. Мы все еще чувствуем неловкость от того, что глазеем на чужие похороны, но толпы туристов со всего мира преспокойно наблюдают за происходящим и вовсю фотографируют кремацию. Уже через минуту наша неловкость проходит. Процесс похорон настолько органичен, что невольно вызывает уважение и восхищение. Очевидно, что такие похороны могут позволить себе только состоятельные люди – костры сложены из огромных дров, а лес в Непале дорогой. Несколько костров уже догорело, и могильщики (не совсем верное, но единственное приходящее на ум определение) сбрасывают пепел и прах усопшего в Багмати. Еще несколько костров полыхают вовсю, а еще у нескольких поленниц, прямо на земле, лежат полностью завернутые в оранжево-белые покрывала покойники. Их родственники стоят рядом – ни плача, ни криков не наблюдается. Покойников посыпают ярко-красной пудрой и желтыми бархатцами.
На нашем берегу Багмати бродят телята, и несколько йогов совершают какой-то обряд в воде.
Под впечатлением от увиденного идем гулять по территории. Посмотреть есть на что. Мне очень нравятся скульптурные изображения лежащих быков перед маленькими храмами – по легенде бык возил бога Шиву. Я неожиданно опять вижу в некоторых элементах архитектуры сходство с пирамидами южноамериканских индейцев. У главного храма Пашупатинатх резвятся обезьянки, на берегу лежат завернутые покойники, по реке плывут цветы и пепел, а в храме идут ритуальные танцы – красивые женщины в изумрудных сари танцуют под ритм барабанов и звуки песен. Это зрелище настолько нереально и завораживающе, что мы смотрим и смотрим, стараясь впитать в себя эту дымную атмосферу, где горе и радость переплетены настолько сильно, что уже и не поймешь, что есть повод для скорби, а что – для веселья.
Много позже, по возвращении домой, моя подруга будет рассматривать фотографии и даст удивительно точную характеристику: «Катманду ни на что не похож. Ни я, ни мои друзья никогда не видели ничего подобного». Это правда. Но более всего не похож ни на что, виденное ранее, Пашупатинатх.
Мы возвращаемся в Тамель в разгар обеденного времени. Выбираем ресторан на крыше, под открытым небом – здесь много таких ресторанов, и все они очень классные. До поездки в Непал мы были уверены, что меню непальских ресторанов более чем скромное. Все оказалось с точностью до наоборот. В Непале очень хорошие рестораны с богатейшим выбором блюд. Отдельное место в меню занимают блюда китайской и индийской кухонь, но есть и европейская. Повара наверняка обучались у европейских мастеров готовки, потому что все блюда в ресторанах сервируют очень красиво, тщательно и по последнему слову кулинарной моды. Из индийских блюд мы очень полюбили tandoori chicken (цыпленок со специями, приготовленый в специальной печи) и massala chicken (цыпленок в остром соусе масала), и то и другое обычно подается с горячими лепешками нан. Из непальской – уже упомянутые пельмени момо. В мексиканские, итальянские и тайские рестораны мы не ходили, но думаю, что там тоже кормят вкусно. Также мы очень полюбили местные супы и салаты. Но нашим настоящим наркотиком, тем, без чего мы ни разу не садились за стол, стал ласси. Ласси – это сильно взбитый сладкий кисломолочный коктейль. Мы предпочитали ласси с фруктовыми добавками – банановый, манго или яблочный. Помимо своих бесспорных вкусовых качеств, это чудо непальского стола так чудесно влияет на пищеварительную систему, что впору открывать курорты, где будут лечить разные хвори именно ласси. Главное в употреблении этого напитка богов – не переборщить с количеством употребленного, кислое молоко, все-таки. Вообще, здорово сказала встреченная нами в Читване девушка-бэкпекер из Швейцарии: «Если меня спросят, где в мире мне нравится больше всего – я не смогу ответить. Но самая лучшая кухня - однозначно в Азии». Не стоит забывать о том, что индийские блюда будут жгуче-острыми, поэтому можно попросить официанта: No spicy, please. Хотя, на мой взгляд, чем острее – тем вкуснее и полезнее. Кухня Азии очень легкая и здоровая, не в последнюю очередь из-за специй и масла для готовки. В Непале, например, готовят на соевом и…горчичном масле. Что приятно – вся пища подается с пылу-жару. Конечно, надо ждать минут сорок, глотая слюнки и завистливо заглядывая в тарелки соседей, но зато и вероятность отравлений сведена к минимуму. Мы их избежали вообще. Что касается напитков, то мы постоянно пили пиво непальского производства («Эверест», «Катманду», «Сан Мигель»), но так и не рискнули попробовать местный самогон ракси. Правда, в горах употребляли местный яблочный бренди – но об этом позже. Помимо всего, рестораны очень радуют ценами. Отличный обед с супом, основным блюдом, пивом и десертом обычно обходился нам в 10-12 долларов на двоих.
Так что обедать в Тамеле, на крыше, потягивая ледяное пиво и наблюдая за пестрой, веселой толпой – это сплошное удовольствие. Не меньшее удовольствие доставляют разговоры вокруг. Если в курортных городах типа нашего Трускавца все только и говорят о том, кто сколько медицинских процедур принимает, то в Катманду все только и говорят о треккинге: «А вы уже пришли? А какой маршрут? Сколько дней? Сколько килограмм потеряли? Маоистов видели?»

А еще большее удовольствие – шоппинг в Катманду. Мы специально прилетели без теплых вещей, и теперь нам надо было прикупить кое-что для похода в горы. Пройти по Тамелю и ничего не купить невозможно. Мы глазом не успеваем моргнуть, как у нас в пакетах уже диск с музыкой мантры Ом Мани Падме Хум (2 доллара). Андрей решает, что мы недостаточно похожи на настоящих покорителей Гималаев, и мы накупаем замечательных фенечек на шею и руки – некоторые из них сплетены из ячьей шерсти (средняя цена фенечки – 20 центов). В одну из моих фенечек вплетены крупные бусы непонятного цвета и фактуры – нечто сморщенное и коричневое. Я решаю, что это какашки йети. Кстати, яки и йети – это любимейшие персонажи непали. Самый крутой отель Катманду так и называется: «Як и Йети», есть также «Авиалинии Йети», а уж сколько туристических контор и магазинов носят похожие названия – не сосчитать. Проходим еще двадцать метров – и становимся счастливыми обладателями трех льняных рубах а-ля непальский крестьянин (4 доллара штука). Меня очень радует тот факт, что весь продаваемый товар – непальского производства, никаких тебе made in China. А возле лавочек, торгующих шерсятными вещами, я вообще готова упасть в обморок. Здесь все связано из шерсти яка, но, тем не менее, мне нравится вести с продавцами глубоко содержательные беседы: “Yak wool?” (я задумчиво трогаю очередной свитер) – “Yes, madam, yak wool, very good yak” – расплывается улыбкой смуглый торговец. Эти слова «Ячья шерсть» - для меня как сказка, ведь дивный зверь як живет только в Гималаях. Это равноценно тому, как если бы эти свитера были связаны из гривы единорога.
Невольно вспоминаются любимые украинские Карпаты. Я там однажды покупала лижнык – пушистое домотканное одеяло - и пыталась сторговаться подешевле. Загорелая гуцулка с улыбкой качала головой и говорила: «Пани (чем не мадам? В Западной Украине избегают жуткого обращения «женШина»), вы посмотрите на шерсть. Это же не просто овцы…Это высокогорные овцы!». Наверное, эти высокогорные карпатские овцы являлись дальней родней пушистым непальским якам. Не по Дарвину, конечно – для несостоявшегося зоолога . Добрые яки поставляют свою шерстьтакое предположение недопустимо, - а по духу в промышленных количествах, а непальские женщины вяжут из этой шерсти замечательные по теплоте и качеству вещицы. Цены способны привести европейца в состояние шока. Судите сами: чумовая шапка с косичками – 1,5 доллара, толстые носки – 1,5 доллара, перчатки – 1 доллар, свитера – 10 долларов, теплые куртки с капюшоном на флисовой подкладке – 20 долларов. Цвета и дизайн – какие хотите. Если что-то не подошло по размеру, не беда – подождите пару деньков, и вам свяжут точно такую же модель, но большего размера. Так как нам предстояло идти в горы, курток у нас не было, а закосы под европейские спортивные брэнды (пуховик – 50 долларов, непромокаемая ветровка на флисе – 30 долларов) нас не впечатлили, то мы разжились двумя шикарными куртками, связанными из ячьей шерсти, о чем ни разу не пожалели. В Катманду огромное количество магазинов, торгующих спортивным барахлом – там вы найдете все что угодно, от веревки до солнцезащитных очков. От покупки телескопических палок мы отказались (что с ними потом делать?). Немного поколебались над спальными мешками – выбор их был довольно обширен, были как новые, так и second hand.
Пуховый спальник стоил около 30 долларов. По киевским меркам – копейки. Все советовали однозначно купить мешки, потому что в горах будет холодно. Но внутреннее чутье подсказало мне (а оно меня вообще редко подводит), что мешки на треккинге нам вряд ли пригодятся, а в Киеве и подавно. Так и вышло. Поэтому шоппинг в свете «подготовка к походу» на куртках и закончился. Нам предстояло решить еще несколько важных организационных моментов: купить билеты на автобус до Покхары, получить пермиты (разрешения) на треккинг и узнать про самолет из Покхары в Джомсом. Но так как день выдался чрезвычайно насыщенным, мы решаем не напрягаться, а подумать о делах завтра. Я вообще заметила, что во всех странах, исповедующих буддизм, сам воздух насыщен такой расслабленностью, что ты невольно перестаешь торопиться, бежать куда-то, беспокоиться о чем-то, а лениво плывешь по течению и говоришь сам себе: «О проблемах подумаю завтра». И самое поразительное – все важные вопросы решаются одним махом, не успеваешь и глазом моргнуть.
Связь с домом мы держим через интернет. Компьютерные клубы в Тамеле на каждом шагу, цены – обхохочешься. Что-то около доллара за час. Зато телефонная связь с родиной дорогая (2 доллара минута) и совершенно отвратительная, приходится кричать на всю улицу.
Для ужина мы выбираем ресторанчик Weizen Café – с первого вечера и до конца поездки это уютное место стало нашим любимым заведением общепита в Непале. Ресторанчик хорош замечательным внутренним двориком, где по вечерам жгут огонь в импровизированных открытых очагах, вкусной едой и отличной булочной. В магазинчике-булочной можно выбрать плюшки на свой вкус, а потом в ресторане взять к ним суп или горячий шоколад. Или наоборот – плотно покушать в ресторане, а на десерт в магазинчике выбрать тортик к чаю. Наш первый ужин в Weizen Сafe (надеюсь, что я не перевираю название) ознаменовался неожиданной и очень приятной встречей. Русских вообще в Непале мало, а украинцев – и подавно. И тут прямо в ресторане мы встречаем Олега Карамазова, лидера популярной киевской рок-группы «Братья Карамазовы». Как оказалось, через несколько часов он собирался улетать домой, проведя в Непале три волшебные недели. Поболтав с знаменитостью и поужинав, возвращаемся в отель. На часах – девять вечера, для Тамеля это – поздняя ночь. Все магазины закрыты, на улицах – тихо и безлюдно. С ночной жизнью здесь явные проблемы, но оно и понятно – в Непал едут по горам ходить, а не на дискотеках прыгать. Умом мы это понимаем, но душа просит праздника, такого, чтобы ух! – развернуться и свернуться! Я заметила, что нечто подобное вообще часто случается с офисным людом – корпят месяцами за компьютерами, накапливают стресс и нервное истощение, а потом вдруг пускаются в такой загул, после которого утром остается только спрашивать: «А что это было?». Нечто подобное случилось и с нами в тот незабываемый вечер в Катманду.
В отеле Андрей предложил съесть по кусочку колбаски из наших киевских припасов. Колбаску запили глоточком водочки. Как-то незаметно, за задушевными беседами, приговорили всю палочку салями, бутылку водки и литр «Швепса». И поняли, что больше оставаться в отеле совершенно невыносимо. Вначале мы просто шорохались по пустынному, темному Тамелю и пугали случайных прохожих песнями и смехом. Настоящую истерику у нас вызвало то, что изо всех закоулков к нам потянулись торговцы наркотой. «Что они от нас хотят?» - громко возмущался Андрей, - «Мы что, так выглядим, что нам можно предлагать всякую гадость?» Не знаю, как мы выглядели, но фотографии этой развеселой ночки получились те еще. Я почему-то фотографировалась со всеми охранниками в форме, а потом нас подобрал рикша и повез…на площадь Дурбар. По дороге Андрей сказал, что он - бывший советский школьник, пионер, и все такое, поэтому терпеть такую жестокую эксплуатацию человека человеком не может. Рикша был пересажен ко мне в коляску, а Андрей уселся на велосипед и повез нас дальше по Катманду. Рикша был доволен, рассказывал разные байки из жизни «непальского сироты», коим он являлся или пытался, по крайней мере, выглядеть. После того, как мы объехали ночной и таинственный Дурбар, поболтали с группками каких-то мутных личностей – то ли драгдилеров, то ли просто местных разгильдяев, рассказали рикше о жизни в Украине, я сменила Андрея за рулем велосипеда. Рикша вообще обалдел. «Знал бы этот Гаврила сколько стоит час моей работы», - подумала я, но надолго меня не хватило, физическая форма не та. Зато теперь я точно знаю, что рикшей я не хочу работать.
Мы объехали полгорода. Наверняка, это была не самая умная в нашей жизни затея, но, несомненно – одна из самых запоминающихся. Ночной город стоил того, чтобы посмотреть его таким экзотичным способом. Заранее предупреждаю, что не следует повторять нечто подобное в других странах, потому что вряд ли где-либо еще, кроме Непала, двум нетрезвым белым так запросто можно гулять ночью с дорогой фото-видео-аппаратурой и огромной суммой наличных в хлипком кошелечке на шее.
Накатав вдоволь рикшу и накатавшись сами, мы договорились с нашим новым знакомцем, что утром он заедет за нами и отвезет нас в Патан.
А проснувшись утром, изумленно спросили друг друга : «Что это было?»
3 день в Катманду

Не нашли нужное? Поиск по сайту google вверху справа, яндекс внизу под комментариями, по ключевым словам - в тексте, разделы - под шапкой. Вопросы - комментарием к материалу или в раздел форум.

Подписаться по почте и получать новости первым


Никакого спама, отписаться можно в любой момент.

Вас могут также заинтересовать:

Комментариев : 0

Здесь можно поблагодарить автора, оставить отзыв

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу. If you have a Gravatar account associated with the e-mail address you provide, it will be used to display your avatar.
спа_ьник:
Индия - страна и цивилизация
СТАТЬИ об Индии и Азии (навигатор)

Общение и мнения - блоги и форум

Рассказы и отзывы о поездках
РАССКАЗЫ и ОТЗЫВЫ путешественников и туристов (по штатам и странам)Самостоятельное  путешествие в Индию
ПУТЕВОДИТЕЛЬ по Индии (по штатам)

Новые  материалы Индонета


Поддержать проект ~ Сказать Спасибо

Подготовка к поездке в Индию

Полезные советы для путешественников

register